О второй волне новой коронавирусной инфекции COVID-19 в Санкт-Петербурге.

О второй волне новой коронавирусной инфекции COVID-19

в Санкт-Петербурге.

На вопросы отвечает начальник отдела эпидемиологического надзора Роспотребнадзора г. Санкт-Петербурга

Ирина Чхинджерия.

Ирина Григорьевна, как вы оцениваете обстановку в Петербурге? У нас печальный рекорд — самое большое число заболевших с начала пандемии.

Тенденция к росту наметилась с начала сентября. Рост относительно августа на 23%. В октябре темпы прироста еще выше. Рост показателей заболеваемости отмечен во всех возрастных группах. Среди детей — на 89%. Среди лиц 18–29 лет — на 10,5%, 30–49 лет — на 23%, 50–64 лет — на 20%. Группа риска 65 лет и старше — на 18%.

Почему такой сильный прирост заболеваемости у детей?

Для сентября вообще характерно увеличение заболеваемости среди детей, посещающих общеобразовательные учреждения. Это связано с формированием новых коллективов, когда дети вернулись с каникул, из отпусков, и происходит интенсивный обмен циркулирующими вирусами. Мы видим рост заболеваемости во всех возрастных группах за исключением детей первого года жизни.

Число несовершеннолетних больных, возрастом от 1 до 6 лет, посещающих детские сады, увеличилось на 53% в сентябре, по сравнению с августом. Детей 7–14 лет, школьников — на 102%, подростков 16–17 лет — на 181%. При этом доля детей в общем числе заболевших невелика — не превышает 10%. А заражения, как правило, единичные, без массового распространения. Но когда мы отслеживаем контактных лиц, то, как правило, выявляем еще заболевших.

Есть ли умершие среди детей?

Нет. Среди умерших преимущественно люди старшей возрастной группы 65+. И практически все они страдали какими-то сопутствующими хроническими заболеваниями органов дыхания, сердечно-сосудистой и эндокринной системы, сахарным диабетом или ожирением.

Может быть, уже нужно объявить каникулы, перевести детей на дистант, как в Москве?

В столице исходят из своей ситуации, а мы из своей. И сейчас мы считаем это нецелесообразным. Случаи заноса единичные и не связанные между собой. Распространение есть в отдельных школах, но массового характера не носит. Кроме того, через неделю у детей каникулы, учебный год — длинный, так что пока такой необходимости нет. Аналогично по ресторанам и магазинам — надо привыкать жить в новых условиях, с учетом тех стандартов, которые разработаны, утверждены и должны безусловно выполняться.

В чем разница весенних и нынешних рекомендаций (подходов) Роспотребнадзора и насколько исполнительная власть им следует?

Подходы и рекомендации однотипные — те же самые, что и весной.

Увидим ли мы 800, может быть, 1000 заболевших за сутки в ближайшее время?

Мы действительно превысили тот пик подъёма, который был в мае-июне по числу новых случаев, зарегистрированных в течение суток. И на сегодняшний день тенденции к снижению нет. Учитывая то, что сейчас происходит еще и сезонный подъем заболеваемости ОРВИ, интенсивное вовлечение учащихся, нарушение масочного режима… Например, по нашим подсчетам, не более 10% пассажиров в общественном транспорте пользуются индивидуальными средствами защиты, всё это способствует интенсивному распространению инфекции. Поэтому пока прогноз неблагоприятный — рост продолжится.

Есть ли надежда, что к Новому году станет полегче? Или к весне?

Сезонный подъем заболеваемости ОРВИ в Петербурге достаточно продолжителен — начинается в начале сентября и заканчивается в конце марта — первой декаде апреля. За это время бывает обычно два дополнительных подъема заболеваемости на фоне сезонного — в конце декабря и затем в конце февраля —начале марта. Последний заканчивается вместе с началом каникул.

Если сравнивать ситуацию в Петербурге с Москвой, есть ли у нас отставание от столицы в несколько недель, как было весной?

В Москве мы тоже видим подъем заболеваемости, и сейчас находимся с ней в синхронном росте. Но надо учитывать, что там численность населения выше, чем в Петербурге, и миграционные потоки более интенсивные. В Москве несколько крупных аэропортов, люди прибывают из разных регионов и стран и идет большее смешивание. Обстановка там более напряженная.

А почему тогда там ниже смертность, чем в Петербурге?

Относительно смертности — это вопрос к комитету по здравоохранению. Здесь надо учитывать обращаемость населения за помощью: на какой день человек обращается, на какой госпитализируется.

Как заставить людей носить маски?

Разъяснять, уговаривать и контролировать исполнение. Весной во всех магазинах было введено обязательное ношение масок и сначала этим требованием не пренебрегали. Там, где администрация подходила требовательно, посетители просто не могли войти или их не обслуживали без маски и перчаток. Поэтому надо просто ужесточить контроль за соблюдением этого правила. Постановлением правительства предусмотрены проверки с применением штрафных санкций.

Насколько еще хватит ресурсов городской системы здравоохранения?

Обеспечением медицинской помощи занимается комитет по здравоохранению, и у них есть планы развертывания дополнительных коек. По тому опыту, который у нас был весной и летом, коек хватило всем, кто нуждался в помощи.

Но тогда был локдаун, каникулы. Сейчас же совершенно другая ситуация, а заболевших больше.

Но и опыт мы все-таки уже приобрели, причем как лечения в стационарах, так и на дому. Ряд пациентов, которые болеют легко или в средней степени тяжести, уже возможно лечить вне стационаров. Я думаю, что без медицинской помощи никто не останется.

Остановит ли инфекцию новая вакцина?

Вакцинация — это единственный надежный способ профилактики любого инфекционного заболевания, для которого эта вакцина имеется. Конечно, все надежды на то, что будет массовая вакцинация и население выработает коллективный иммунитет. Но чтобы приостановилась циркуляция вируса, надо привить 75–80% населения. Когда такое количество вакцины поступит для массовой вакцинации, я сказать вам не могу.

Раз уж вы упомянули коллективный иммунитет. Сколько процентов населения в Петербурге им обладает?

Исследования коллективного иммунитета проводились Институтом Пастера. Их первый этап завершен, и, по их данным, 24–25% населения имеют антитела. Но инфекция новая, плохо изучена, и сказать, насколько иммунитет будет продолжителен, мы не можем.

Есть повторно заболевшие?

По официальной регистрации, мы таких случаев не знаем. Но если недостаточно стойкий иммунитет, то возможно повторное заражение. Из средств массовой информации мы знаем о таких случаях.

Ждет ли нас «третья волна»?

Далеко заглядываете. Этого пока никто не знает. Большинство инфекционных заболеваний характеризуются таким явлением как цикличность, когда через определенное количество лет происходит подъем, а затем спад заболеваемости. У каждой инфекции такие подъемы и спады бывают через различный промежуток времени. О коронавирусной инфекции мы узнали в декабре прошлого года и пока не можем сказать, какая у неё установится периодичность подъемов и спадов.

Кроме того, эпидемический процесс каждого заболевания еще и характеризуется сезонностью. Но экспансия COVID-19 началась в январе, пик был достигнут весной и летом, что нехарактерно для ОРВИ. Это произошло потому, что население не имеет иммунной защиты, ранее не встречалось с ним, поэтому сейчас мы не можем сказать, как она будет развиваться дальше.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *